суббота, 16 февраля 2013 г.

3 Книга - читайте на здоровье

затаившийся дракон 

Всем привет.
За окном приятный субботний день, радующий ярким солнышком и легким морозцем. Самое время для прогулки по городу, а еще лучше - для поездки в лес и пробежки на лыжах. У вас есть лыжи? У меня нет, но прокат эту беду превращает в ничто, так что – вперед и с песней, бросай курить, вставай на лыжи, как говорится.
Ну, о курении я потом как-нибудь порассуждаю – вспомню те времена, когда смолил как паровоз, а потом взял и бросил, чего и вам желаю. От всего сердца, причем, честно-честно. Ну и от легких тоже “)
Но, это все лирика, сегодня будет литературный пост… с маленьким рассказом, пусть и старым, но вам еще не представленным. Ну а кто читал, погрозите мне пальцем, и скажите «аяяй, Жека, харэ лениться, пиши новое…»
Итак, сегодня у нас первая часть небольшой истории…
Книга
– Коль, смотри сюда, – друг тряс меня своей, довольно-таки мощной лапой, словно недавно родившегося щенка.
Он и сам похож на медведя, мой друг Сеня. На старого, мохнатого, отъевшегося на овсах и ягоде медведя с постоянно блуждающей на хитрой морде загадочной улыбкой и таящимися в уголках глаз смешинками, словно бы он знал некую тайну, позволяющую посмеиваться над окружающим миром. К слову сказать, я был частью этого мира, и потому зачастую не знал: то ли он подшучивает надо мной, то ли всерьез что-то предлагает. Вот и сейчас.
– Чего тебе? Опять хохмишь, шкура прелая?
– Да нет, ты поглянь, какая красота, – толстый палец уткнулся в книгу, лежащую на отдельно стоящем пюпитре в дальнем углу лавки антиквара.
В неприметный магазинчик мы забрели совершенно случайно, болтаясь по незнакомому городу, в котором зависали уже вторую неделю в нежданно-негаданно свалившейся на наши головы командировке. Это была чистейшей воды удача – попасть посреди зимы в азиатский рай, маленький древний городок, спрятанный у моря.
Книженция, надо сказать, и вправду была знатная. Сеня, как всегда, сумел узреть что-то ценное и необычное вперед меня. У нас с ним был спор – кто больше найдет уникумов, в любой области. И он постоянно умудрялся найти что-то необычное – даже в совершенно обыденном, на первый взгляд, переплетении ветвей старого клена, росшего у нашего офиса. И тогда мне, скрепя сердце, приходилось вносить пресловутый «плюс один» в графу его побед.
Книга была большой. Нет, не так – она была Большой. Попросту огромной. Не знаю, как ее немалый вес выдерживал хрупкий резной пюпитр, тонкая стойка которого, казалось, звенела от непосильной тяжести. Обложка книги походила на растянувшееся во все стороны лицо старого шута – такое же морщинистое, такое же размалеванное, такое же загадочное; и несла на себе странную игру хаотично разбросанных красок.
– Кожа, – тихо сказал Сеня, легко коснувшись обложки и поглядывая искоса на антиквара, занятого у входа с молодой женщиной. Та приценивалась к какой-то африканской маске и въедливо выспрашивала у старика ее качества, словно покупала не атрибут чуждого искусства и быта, а привычную для своего разума стиральную машину.
– Нет – правда, кожа, – уже не таясь, Семен нежно провел ладонью по корешку книги. – Мягкая, теплая…
– Ам! – ткнул я его в бок. – Съест сейчас, откроет пасть и съест. Вон видишь, прямо внизу, пасть-то виднеется. Того и гляди, распахнется да оттяпает тебе ручонки по локоть, чтобы не трогал без спросу.
– Дурень! – рассмеялся он. – Я же говорю, теплая она, ты потрогай, как задница младенца прямо, шелковистая. Да потрогай ты. – Сеня резким движением схватил меня за руку и прижал к обложке ладонью.
Ощущение было непередаваемым. Честное слово, я помню его и теперь. На всю жизнь оно отложилось в глубинах памяти – первое прикосновение к изменившей всю мою жизнь книге. Нет, Сеня был явно не прав. Это было сродни прикосновению к моей первой женщине, к ее теплой коже, пульсирующей жизненным соком, пробивающимся по тонким венам под тончайшим покровом, который я и ласкал тогда, давно. Я словно бы окунулся в далекий миг, ощутил ее аромат и дыхание; ее жар, с каждым ударом сердца возрастающий и возрастающий, словно готовящийся к взрыву вулкан таился внутри нее. И шепот, легкий шепот в голове. Её шепот. «Возьми меня, возьми».
– Ты что, Коль? – толчок в плечо вывел меня из ступора; похоже, я совершенно потерялся в возникшем из глубины памяти воспоминании, разбуженном кратким прикосновением к книге.
– А? Задумался что-то.
– Ага, задумался. Да ты, как пень, тут застыл, словно увидел чего.
Я усмехнулся:
– Нет, не увидел. Вспомнилось вдруг. Занятная книжонка, занятная, – задумчиво продолжил я. – Странное ощущение какое-то, как будто… Не знаю, словами не получается.
– Да брось ты, кожа и кожа, выделка просто необычная, видишь же.
Тут нас заметил хозяин, наконец-то избавившийся от клиентки, ставшей все же счастливой обладательницей старой деревяшки, несущей на себе всю мудрость веков. Приобретенная мудрость, правда, была источена древесными жуками, но это в глазах покупательницы, несомненно, было признаком сакральной ценности, которая позволит томно вздыхать перед гостями, указывая на эти самые «следы древности». С видимым облегчением он закрыл за дамой дверь, согнувшись вслед в вежливом полупоклоне, и засеменил к нам.
Я с интересом рассматривал представшего перед нами человечка, словно перенесшегося в эту лавчонку из какой-то неведомой седой эпохи. То ли китаец, то ли индус, он был настолько стар, что лицо уже не несло на себе никаких признаков национальности. Оно было покрыто морщинами не хуже грецкого ореха, и лишь в узких прищуренных глазах билась жизненная сила – неожиданно ярким и живым блеском, не ожидаемым от столь старого человека, словно искры плясали в глубине черных глаз, смотрящих на нас с немым вопросом. «Китаец» – все-таки решил я для себя, разглядев наряд и косичку, седым пучком болтающуюся за плечами.
– Господа имеют вопрос? – неожиданно глубоким голосом спросил он. – Что-то конкретно Вас заинтересовать?
– Д-д-да… – с запинкой ответил я, почему-то опередив обычно бойкого на язык Сеню. – Да, заинтересовало, знаете ли… Что это за книга?
Хозяин не спешил отвечать, разглядывая нас с каким-то непонятным интересом, словно его удивлял сам факт нашего здесь присутствия в этом темном уголке, у этой самой книги, с такими вот глупыми вопросами. Он вглядывался прямо нам в глаза – не бегая взглядом по лицу, а степенно изучая, буравя черными дырами зрачков, проникая внутрь и оценивая увиденное. Наконец, соизволил ответить:
– Да, книга эта очень древний, никто не знать, сколько древний.
– Но хоть что-то же о ней известно? Автор, возраст? И что это – кожа? Чья?
– Это неизвестно никому, молодой человеки, возраст ее уходит во тьма веков – туда, где правили боги. А это кожа, да… Но чья она – опять же, никто не знать, нет такого зверя у нас на Земля.
Тут Сеня захохотал. Это всегда выглядело очень интересно – представьте себе трясущегося, словно в лихорадке, медведя, мотающего головой и оглашающего окрестности веселым звонким смехом – вот, это как раз и есть портрет моего смеющегося друга.
– Уважаемый, какие боги? Вы о чем, мы же не дети и не та мадам, которой можно всучить любую безделицу. Давайте по сути уже – что это такое. Расскажи, не томи.
– Не верите вы мне, молоды еще, – прошелестел ответ владельца лавки. – Эта книга попадать к мой древний предок очень, очень давно, я даже не знаю, как вам сказать, но это событие записано в нашей семейной книге, и быть это на заре веков, когда император еще не повелеть построить великий стена, и обстоятельства того, как она стать нашим достоянием, скрыты, книга не донесла их… Но в книги других семей сказано, что быть события страшные и ужасные, что мой предок дорого заплатить за нее.
– Да уж, рекламировать ты умеешь, старче, – Сеню продолжало нести. – Что просишь-то за «ценность» свою в «неведомой коже»? – Он буквально выделил слова, поддевая хозяина, и видно было, что того задело, несмотря на внешнюю невозмутимость.
– Не продаваться, это реликвия семьи.
– Да что ты говоришь, а зачем она тогда здесь? У тебя здесь музей? Кунсткамера? Или я чего-то не понимаю? Ты ведь антиквар, а это магазин, здесь торговый зал, и значит, она продается, что ты пургу-то несешь. Сколько?!
– Не продаваться. – Старик явно уперся, и вести разговор в таком русле не было смысла, поэтому я пихнул друга в бок и шикнул на него, чтобы он прекращал уже этот цирк.
– А что внутри? – спросил я хозяина. – О чем она?
– О! Внутри? – старика явно позабавил вопрос. – Открой, можно… Да, открой, посмотри.
И я открыл книгу. Безо всяких усилий перевернув массивную пластину обложки, я уставился на открывшееся зрелище, на месиво цветных пятен, подобных тем, на обложке, но каких-то других, подчиненных странному порядку. Я вглядывался в этот хаос красок и не мог понять, что же это такое, зачем было создавать такую несуразицу – сплошное смешение цветов на листах хрупкой бумаги, шуршащей под моими пальцами. Странным образом этот калейдоскоп, подобно настоящему, втягивал в себя, погружая куда-то внутрь себя, в глубину, скрывающуюся за беспечным смешением мазков и линий, а потом картинка вдруг дрогнула и растеклась передо мной объемом, открывая странный ландшафт с резным портиком посередине, на ступеньках которого восседало нечто непонятно-огромное.
– Коль, что там? Ну-ка, дай гляну, – Сеня бесцеремонно выдернул меня из второго за этот необычный день выпадения из реальности, просто отпихнув от книги. – Ничего себе, ха-ха-х... – он всмотрелся в книгу, окаменев лицом. – Старик, да это же стерео простое, что ты нам сказки-то рассказываешь? Мы тебе что – папуасы? Картин таких не видели, а? Хозяин! – голос набирал силу, хотя он явно не хотел ссориться, а наслаждался своим положением разгадавшего загадку игрока, к тому же, поймавшего раздающего на шулерском приеме.
А я в этот момент смотрел на старого китайца, и не мог понять – что не так. Узкие глаза широко открылись и с неверием смотрели на нас, а открытый рот явно что-то пытался выдавить, оформить словами. Но что-то случилось с его связками, и старик стоял, немо глядя на нас и мелко тряся рукой, тянущейся к книге. Блеск, поразивший меня в начале нашего «знакомства» куда-то стремительно сбежал, оставив после себя серый пепел страха, буквально изливающегося из глаз, сметая все вокруг плотной, буквально осязаемой, волной ужаса. С хриплым криком, больше похожим на клекот, он все же дотянулся до книги и захлопнул ее, чем чуть не породил волну падений всякой мелочевки вокруг пюпитра.
– Моя не прадавать, магазин закрыт, уходите, я просить вас, – акцент резко прорезался в испуганном голосе, мечась меж полок магазина подобно испуганному нетопырю, попавшему вдруг под солнечные лучи. – Уходите, я вас умолять, уходите-е-е-е, – он чуть не рыдал, этот маленький осколок древности, затерявшийся в своих столь же древних вещах.
…..
/продолжение следует…/


Такая вот занимательная история. Разгадка треволнений старика и книг – завтра. Такое вот я нехорошее слово, не даю сразу все прочесть. Ну а что поделать, надо же вас как-то назад завлекать “) шучу, конечно же… просто так интереснее, согласитесь…

И, да – не забывайте про поход на природу – свежий воздух, солнце, лес… а уж потом, вернувшись домой, можно взять в руки книгу и предаться заслуженному ничегониделанию, погрузившись в вымышленные миры.….

Понравилось? Поделитесь с друзьями, хорошо?


Хотите быть в курсе, получайте обновление на электронную почту:

3 комментария:

  1. Так-так, интрига :) Энто хорошо, ждем-с дальнейших событий :)

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. они стремительны и скоротечны ")
      продолжение, оно же окончание, не заставит себя долго ждать ")

      Удалить
  2. Аяяй, Жека, харэ лениться, пиши новое… :))))

    ОтветитьУдалить

Пожалуйста, поделитесь ссылкой на пост