суббота, 13 августа 2011 г.

6 С легким паром

веник, ковшик и бадья - в бане первые друзья 
Странно, но здесь мы забываем про игры, которые ведем вне этих старых стен. Тут никого не волнует, какой мотор у тебя припаркован снаружи, какие сигареты ты куришь, с какими женщинами ты спишь.
Нет – все это остается там, снаружи. Потому что здесь ты – голый. В буквальном смысле этого слова.
Приходя сюда, ты принимаешь простые правила маленького сообщества – текучего, но постоянного.
Очень простые правила: пришел, значит, ты такой же. Такой же простой человек, плюющий на навешанный кем-то ярлык «это для быдла». Нет, все как раз наоборот.

Я давно не приходил сюда. Наверное, с самого детства. Переехав в новостройки города и прикоснувшись к «благам» современного благоустройства квартир – ездить через весь город родителям стало как-то не с руки.
Давным-давно, будучи совсем еще неразумным мелким пацанишкой, я попал в это заведение, в котором царили странные порядки. Из раздевалки, где я превратился в маленького голыша с тазиком, меня провели в огромный, как мне показалось тогда, зал.
Все дядьки бегали туда-сюда в помещении, полном белесого пара, шума хлещущей из широких кранов воды, треска душа и грохота жестяных тазов. И все они, друг за другом, периодически пропадали за маленькой дверью. И появлялись оттуда спустя некоторое время с багровой кожей, окутанные жарким дымком и с каким-то странным выражением в глазах. Усталые – но донельзя довольные. Эти люди получали там что-то, что позволяло им буквально парить над кафельным полом.
И я помню, как отец провел меня в первый раз за эту дверь.
Жарко, бог ты мой, как же там было жарко. Плотная, напитанная влагой атмосфера парилки навалилась на меня, вгрызлась в каждый клочок моей тонкой шкурки. Жар вошел в меня, растекся по венам, проник под кожу, в легкие – и стал частью меня.
- Дыши. Глубже! – Отец ободряюще хлопнул меня по заднице, и стало еще жарче. Народ понимающе хохотнул, обращаясь к бате:
- В первый раз? Да? Ну, с крещением, пацан.
И тут я понял, что «жарко» – это нечто совершенно другое.
Замелькавшие со всех сторон веники обдали меня волнами вулканического огня, словно в парилке вдруг появились десятки огненных бабочек – и все они теперь мельтешили вокруг меня. Почти касаясь – и не трогая. Лишь волны спрессованного человеческим желанием тепла впечатывались в меня, раз за разом, взмах за взмахом. И я поплыл …
И очнулся, восторженно визжа под жесткими холодными струями душа. Это было… Нет, я не знаю. какие слова подобрать для тех ощущений.

Прошло тридцать лет. Баня никуда не делась из моей жизни. На даче она появилась даже раньше, чем летний дом. И используется каждое лето, практически каждый выходной. Но это до зимы. А когда приходят холода – остается лишь ждать следующего лета. И вспоминать ушедшее.
Но, как-то вспомнилось детство, и мы с друзьями рванули в обычную общественную баню. Как тогда, в далеком детстве. Да, конечно, сауны сейчас есть на каждом углу и там, вроде бы, и чище и уютней. Но – там не атмосферно. Вернее – там она иная, эта пресловутая душевность момента.
И вот в этих стенах, которые хранят грохот тазиков нескольких поколений горожан, ваш покорный слуга понял вдруг, что он здесь – просто Человек. Пришедший довести себя до изнеможения парой веников в той самой парилке за маленькой дверкой.
И вокруг меня – точно такие же люди, которым плевать в этот момент на все внешнее. Их занимает лишь одно – какой сегодня пар в парилке, и – хорош ли веничек. Здесь попросту невозможно быть недоброжелательным, иначе теряется весь смысл бани.
И вот он, тот самый момент. Ты заныриваешь в парилку и греешься. Распариваешься для последующего действа. Жар медленно проникает в задубевшую от возраста кожу, это уже давно не мальчишеская шкурка. И вот, жар в тебе. Сейчас, сейчас... Сотни игл впиваются в тело, обдавая изморозью – это твоя кожа раскрылась, и вот уже мимолетный озноб улетучивается. Ты – готов.
Не надо колотить себя веником изо всех сил, не надо. Это не правильно. Ведь это же ты, человек, это твои поры сейчас жаждут жара, так дай им его. И веник, набравший духмянного жара высоко под потолком, замирает, едва касаясь кожи. С него срывается горячая волна и обдает тело. Растекается, расслабляя каждую мышцу, каждую жилку – и даже мысли. Вот оно – колдовство бани, нехитрая ее магия.
И вот, из парилки вываливается чуть-чуть другой человек. С ошалелыми глазами, окутанный клубами пара, зачастую на полусогнутых ногах – этот человек счастлив. Здесь и сейчас.
Потом будет как всегда. Но, это потом.
А сейчас – холодный душ, смородиновый чай, отдых … и снова парилка.
Здесь никто не отсчитывает ваше время. И когда кожа заскрипит от чистоты, а веник превратится в бледное свое подобие – вот тогда ты и начнешь собираться назад, к возвращению в мир. Чистым, обновленным, воодушевленным.
С легким паром вас.


Понравилось? Поделитесь с друзьями, хорошо?


Хотите быть в курсе, получайте обновление на электронную почту:

6 комментариев:

  1. В детстве у меня такая же история была. И тоже в баню батя водил. Было мне лет 5-6... :)

    ОтветитьУдалить
  2. Незабываемо, почему-то... согласись? что-то такое, посконное, в бане есть, чего больше нигде не встретишь. Я уже про свою баню, хотя и в общественных это присутствует

    ОтветитьУдалить
  3. В детстве баню не понимал! Позже с 17 лет стал посещать раз в неделю. Своя конечно хорошо, но атмосферу общественной не создать

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Да в детстве-то оно какое понятие - шум, гам, пар вокруг, веником колотят, штуками своими болтают :)
      подрос - понял, почему и отчего в памяти застряло, и почему порой назад притягивает.

      Удалить
  4. В детстве я парилки не познала, увы. В баню ходили каждую неделю, но мама и бабушка не парились - здоровье не позволяло. Так что вся прелесть парной открылась мне гораздо позже. Но всё именно так, как ты описал :)

    ОтветитьУдалить
  5. она каждый раз разная...особенно своя, а не общественная...

    ОтветитьУдалить

Пожалуйста, поделитесь ссылкой на пост